Навигация
- ➡️ Кулак Императора
- ➡️ Инвит: тьма и лед
- ➡️ Крестоносцы просвещения
- ➡️ Великий крестовый поход
- ➡️ Привилегированные сыновья
- ➡️ Ересь Хоруса
- ➡️ После ереси Хоруса
- ➡️ Известные сражения и кампании
- ➡️ Численность легиона перед Ересью Хоруса
- ➡️ Командная иерархия легиона
- ➡️ Набор рекрутов и культура
- ➡️ Геносемья
- ➡️ Известные Имперские Кулаки
Имперские Кулаки (англ. Imperial Fists) — VII из первых двадцати легионов космических десантников и в настоящее время один из самых славных орденов Адептус Астартес.
По количеству почестей, завоеванных безграничной преданностью Империуму и человечеству, Имперские Кулаки уступают разве что благородным Ультрамаринам. С самого зарождения Эры Империума они без колебаний вставали на защиту человечества, несгибаемо противостояя угрозам там, где другие отступали. Часто именно они платили самую высокую цену — собственной жизнью — за честь и долг. Их непоколебимость, выносливость и самопожертвование стали легендарными, а их примарха, могущественного Рогала Дорна, почитают в каждом уголке государства людей.
Во время Великого крестового похода Имперские Кулаки несли слово Императора среди звезд. После возвращения Дорна на Терру ему было поручено проектирование и возведение оборонительных укреплений Императорского Дворца. С тех пор легион имеет почетное звание «Стражи Терры», и хотя они редко возвращаются туда напрямую, их официальным родным миром считается сама Терра.
Стратегические предпочтения: космические штурмы и абордажные бои, оборонительные и фортификационные операции в самых экстремальных условиях, штурм цитаделей, а также покорение и силовое приведение к Согласию изолированных цивилизаций, блуждающих в безграничном космосе.
Изначально VII легион имел имя «Римский» — его древнее название и керамитовую эмблему черного цвета сейчас можно найти разве что во Внутреннем Реклюзиаме. Также имели силу и неофициальные названия: Каменщики, Рожденные в Кризисе, Стражи Пустоты, Стражи Терры, Его Защитники. Впоследствии Император собственным указом даровал легиону имя, под которым он стал бессмертным в истории, — Имперские Кулаки. Современная эмблема — железный кулак на желтом щите желтого цвета.
Кулак Императора
Если Император является отцом Легионесов Астартес, то Терра — их матерью. Он создал своих воинов волей и разумом, но именно Терра оставила на них глубокий отпечаток. Ее жестокость сформировала характер, ценности и способ ведения войны многих легионов. Чтобы понять их сущность, сначала нужно понять Терру.
До восхождения Императора Древняя Терра тонула в крови, тьме и безнадежности, а хрупкий порядок здесь поддерживали безумные тираны. Император положил этому конец — сначала армиями техноварваров, затем — Громовыми Воинами, а потом — Легионесами Астартес. Огнем и кровью он объединил планету, неся порядок и свет. VII легион был создан, чтобы защищать эти достижения. VII легион набирал рекрутов со всей Терры, отбирая самых выносливых телом и духом. Их отличали молчаливость, сдержанность и способность действовать быстро и решительно. Болезненные имплантации геносимов только закрепили традицию отбора тех, кто способен выдержать страдания. Этот суровый характер идеально соответствовал их предназначению. Для VII легиона сама победа всегда была только началом. Завоеванное нужно было удержать. После каждой битвы они немедленно укрепляли завоеванную территорию, возводя бастионы и цитадели. Так было на всей Терре: они уничтожали врагов — и на их руинах возвышался имперский камень, напоминающий: Империум пришел навсегда. За первые десять лет существования легион построил сотни крепостей на покоренных мирах. Эти твердыни стали узлами власти и порядка, сдерживая любую мысль о восстании.
Именно в те времена легион получил свое имя. Говорили, что на покоренные ими земли «опустилась рука Императора и сжалась в несокрушимый кулак». Император одобрил эти слова и личным указом даровал VII легиону имя Имперские Кулаки, а также право носить Лавры Победы. Как и подобало им, легионеры приняли эту честь безмолвно.
Инвит: тьма и лед
Инвит — мир смерти и холода. Его угасающая звезда излучает тусклый красный свет, обрекая планету на вечный полумрак. Одна половина погружена в темноту, другая — освещена слабым солнцем. Ледяная кора, расколотая земля, ледяные хребты и холодные дюны определяют облик планеты. Под льдами скрываются мертвые моря с бледными слепыми существами, а над поверхностью нависают древние орбитальные станции — словно немые стражи забытого прошлого. Даже освещенная сторона Инвита не знает уюта: соленые моря и голые скалы существуют под неумолимым взглядом красного солнца.
Инвит беден ресурсами, но порождает нечто гораздо более ценное — людей. Суровых, выносливых и сосредоточенных на выживании сообщества, а не отдельного человека. Здесь слабость означает смерть — от ледяных бурь, хищников, малейшей потери бдительности. Большинство населения — кочевники, переходящие между подземными ульями, торгуя оружием, топливом и технологиями. Война между кланами — обычное дело, и молодежь с детства учится как сражаться, так и выживать в смертельном холоде.
Именно здесь вырос Рогал Дорн. Он поднялся из холода и тьмы Инвита, возглавил Дом Дорнов Ледяной Касты, а впоследствии и все Инвитское скопление. Дорн расширил владения дальше, чем кто-либо до него, создал дисциплинированные армии и флот невиданной силы. Когда Император нашел его, он встретил не только потерянного сына, но и целую звездную державу — закаленную, упорядоченную и превращенную в орудие войны.
Крестоносцы просвещения
Рогал Дорн был наделен несокрушимой энергией, уравновешенной сдержанностью и стоицизмом. Его часто считали холодным и беспристрастным, но это лишь поверхностное впечатление. Дорн был осторожным, рассудительным и неумолимым в гневе, способным доводить любое дело до конца. Он редко проявлял эмоции, но когда это случалось, это было скорее похоже на землетрясение или солнечное затмение. О нем говорили, что во время катастроф в Адонийском скоплении его ледяная ярость держала оборону не хуже оружия, а Леман Русс назвал брата «быстрым и неизбежным, как лезвие падающего топора».
За внешней сдержанностью Дорн оставался идеалистом. Для него причины борьбы имели не меньшее значение, чем ее результат. Во время Великого крестового похода это видели немногие, хотя близкие к нему могли заметить эту черту в схватках с Конрадом Керзом и в споре с Феррусом Манусом. Только позже стало понятно, что даже совершенная преданность может иметь свою цену. Но тогда Imperial Fists только воссоединились со своим праотцом, а предательство Хоруса еще принадлежало далекому будущему.
Воссоединение Дорна с Имперскими Кулаками было быстрым и всепоглощающим. Идеалы Империума и цель Великого крестового похода полностью совпадали с его мировоззрением, а сам легион стал воплощением всего, что Дорн построил на Инвите и к чему стремился в будущем.
После этого VII легион значительно пополнился на Инвите — около 70% его состава составляли выходцы с этой планеты. Небольшая группа терранских воинов сохранила традиции поединков чести, которые быстро распространились по всему легиону. Согласно этим обычаям, братья до сих пор соревнуются именно на мечах — как символ единства, чести и памяти о терранском происхождении.
Великий крестовый поход
Имперские Кулаки отчаянно сражались на пылающем острие Великого крестового похода. Они неустанно переходили с одного фронта на другой, завоевав уважение братских легионов. Их способ ведения войны сочетал суровое наследие Инвита с боевым опытом VII легиона: без остановок, без промедлений, ни шагу назад!
Как и на Терри, они укрепляли завоеванные земли, но не оставались ими управлять. Даже если кастелян и гарнизон оставались для обороны, Имперские Кулаки не правили и не писали законов. Они были воинами Империума, а не его правителями, и жили только ради войны и выживания человечества. Единственное, что они неизменно забирали из покоренных миров, — это рекрутов. Крестовый поход жил кровью своих воинов, и Имперские Кулаки набирали новобранцев из завоеванных земель с упорством. В отличие от многих легионов, они вербовали из многих миров сразу, соревнуясь в этом разве что с Ультрамаринами или Теми, Кто несет Слово.
Едва оседала пепел сражений, сыновья Дорна уже отбирали тех, кто был закален страданиями и обладал несокрушимой волей. Из некоторых миров они забирали целые поколения юношей. Многие погибали в отборе, так и не став астартес, но из тех, кто выжил, формировались целые подразделения. Часто в них сохранялись черты родных миров — в языке, символике и стиле боя. Со временем большинство таких различий стирала война, но некоторые сохранялись десятилетиями. Благодаря мастерскому планированию и несокрушимой стойкости Имперские Кулаки стали непревзойденными в осадах и городских боях. На протяжении всего похода они оставались личной гвардией Императора. Когда же легион вернулся на Терру, именно там была заложена столица, из которой Император правил миллионами миров. Рогалу Дорну было поручено укрепление Императорского Дворца — честь, которую не могли не заметить другие примархи.
Привилегированные сыновья
Во время Великого крестового похода Имперские Кулаки завоевали исключительное доверие и расположение Императора. Их неизменная надежность сделала легион средством решения самых сложных задач: они укрепляли расшатанные фронты, завершали затяжные осады и спасали кампании, зашедшие в тупик. Император не раз призывал Рогала Дорна и его сыновей сражаться рядом с собой, удостаивая этой чести Имперские Кулаки чаще, чем любой другой легион.
Имперские Кулаки сражались вместе с Императором на Офелии VII, где он возглавил атаку сотни кустодианцев и десяти тысяч легионеров, а также на Асканисе, где легион Дорна действовал в передовых рядах во время уничтожения Скрытых Династий рядом с Лунными Волками. Снова и снова Император использовал Дорна как инструмент достижения Согласия. Хотя другие легионы оставили более громкий след или распространили Имперскую Истину на большем количестве миров, для многих именно Имперские Кулаки стали скалой, на которой был заложен фундамент Империума.
Сам Рогал Дорн не искал особых почестей и не считал доверие Императора чем-то исключительным. Однако большинство примархов уважали его, хотя некоторые и завидовали. На Макрагге статуя Дорна стоит рядом со статуей Робаута Жиллимана среди величайших героев, а Джагатай Хан подарил ему отборных скакунов в знак братства. Единственным исключением оставалось его соперничество с Пертурабо. Высокое положение Имперских Кулаков вызывало неприязнь среди части братских легионов. Вражда с Железными Воинами была открытой. Прямолинейный и бескомпромиссный характер Дорна только обострял эти противоречия — он умел одновременно восхищать и раздражать.
Возможно, именно это стало причиной того, что Император не выбрал Дорна Воителем. Хорус был мастером дипломатии и умел объединять недовольных там, где Дорн вызвал бы конфликт. Однако, когда Хорус возглавил Великий крестовый поход, именно Рогала Дорна провозгласили Преторианцем Терры, а Имперские Кулаки двинулись вместе с Императором в столицу человечества. Это решение впоследствии определило судьбу Императора и всех Его сыновей.
Ересь Хоруса
В последние годы Великого крестового похода Имперские Кулаки вернулись на Терру для укрепления сегмента Солар и центральных миров Империума. Основная часть VII легиона успела вернуться на Тронный мир, однако тысячи воинов оставались разбросанными по Галактике, поэтому им понадобились годы, чтобы объединиться.
С началом Ереси Хоруса Рогал Дорн получил полномочия Воителя во всем, став главнокомандующим войск Империума и координируя оборону галактики.
Флот Дорна одним из первых ответил на предательство Хоруса. Он лично отправил карательные силы против предателей. Даже оказавшись в варп-шторме в системе Фолл, Имперские Кулаки победили Пертурабо в пустотной войне и отошли на Терру, выполняя приказы. На Талларне легион снова встретился с Железными Воинами в танковом бою, на Хтонии сдерживал Сынов Хоруса, а над Плутоном благодаря «Фаланге» отбил первую атаку Альфа-Легиона.
На севере сегментама Солар Дорн построил «Каменную Перчатку» — оборонительную линию, сдерживавшую предателей на ключевых маршрутах. VII легион вел ожесточенные оборонительные бои на Инвите и во время наступления Хоруса на Терру сыграл решающую роль в защите Императорского Дворца. Сам Рогал Дорн руководил сопротивлением, а без самопожертвования Имперских Кулаков все могло быть потеряно.
После Ереси Хоруса
Пока Робаут Жиллиман восстанавливал Империум и формировал Легионы по Кодексу Астартес, Дорн продолжал крестовый поход среди звезд. Многие Имперские Кулаки отказались делить легион на ордена, считая это надругательством над их честью — ведь они уже не раз доказывали свою преданность и непоколебимость.
Покаяние Дорна завершилось битвой в Железной Клетке. Раздраженный насмешками примарха-предателя Железных Воинов, он вместе с легионом вступил в смертельное противостояние. «Железная Клетка» — это целый мир со сложно спроектированными укреплениями, которые, по словам их создателя, никто не сможет покорить. Имперские Кулаки бросились в бой, полные решимости и готовые к смерти, и одержали победу, в то время как Железные Воины потерпели поражение. Только после вмешательства Жиллимана Дорн согласился принять новый порядок и разделить легион на ордена по Кодексу.
Тогда были созданы ордена Образцовых Кулаков и Обдирников. Многие из более фанатичных воинов, стремившихся к продолжению крестового похода, сформировали орден Black Templars и продолжили поход, который их примарх начал после Ереси. Они почти не следовали Кодексу Астартес и шли к звездам, следуя собственной судьбе. Другие же вступили в орден Имперских Кулаков, истинных сыновей и наследников Рогала Дорна, и десять тысячелетий сражались в первых рядах слуг Императора, следуя ценностям, которые привил им примарх: долг, честь, праведность и самопожертвование.
Известные сражения и кампании
На протяжении всей истории Империума на передовой важнейших сражений всегда стояли потомки Дорна. Имперские Кулаки неоднократно доказывали свою преданность, благородство и безоговорочную службу Императору. Благодаря этому они получили многочисленные награды, среди которых особый титул — Стражи Терры. Имя Имперских Кулаков постоянно упоминается в победных отчетах Великого крестового похода. Лишь несколько братских легионов могут сравниться с ними по достижениям, однако цена побед всегда была высокой. Кровь тысяч легионеров окропила землю, на которой росли их достижения, и многие из этих побед стали символом жертв самих сыновей Рогала Дорна.
Среди первых кампаний легиона:
- Непокорная война — одна из первых кампаний VII легиона.
- Война в Течении Конса — борьба с кланами Течения Конса.
- Две Аранейские войны — ранние крупные кампании легиона.
- Кампания Марипози (988.М30) — регион из 12 субсекторов космоса освобождается от влияния варп-штормов, бушевавших со Времени Раздора. В течение трех лет Кровавые Ангелы, Имперские Кулаки, Имперская Армия и Сестры Безмолвия сражались против орд культов и псайкеров, восстановив Согласие на 34 мирах.
Численность легиона перед Ересью Хоруса
Во время жестокостей на Истване III большая часть легиона вместе с Рогалом Дорном направлялась на Терру. Хотя Император призывал всех Имперских Кулаков, полный выход из Великого крестового похода был практически невозможен. Некоторые подразделения оставались на границах для завершения кампаний или выполнения отдельных задач, другие находились в крепостях и бастионах легиона, а остальные еще направлялись навстречу основным силам. Сила Имперских Кулаков никогда не заключалась в численности. Хотя легион и не был маленьким, его количество во время Великого крестового похода редко превышало 100 000 воинов. На момент возвращения на Терру в отчетах фигурировало 98 356 живых легионеров, хотя эта цифра является ориентировочной. Особенности путешествий через варп, ограничения передачи информации и огромные пространства, где велось военное противостояние, делают любую точную оценку невозможной.
Не менее важной была и космическая мощь легиона. К началу Ереси Хоруса Имперские Кулаки имели более 1 500 боевых кораблей под прямым командованием и еще значительно больше судов, связанных присягами и вассальными обязательствами. Этот флот был самым большим среди Легионесов Астартес, более того, многие корабли были самыми большими в Империуме. Даже Сыны Хоруса и Ультрамарины не могли самостоятельно противостоять такой силе.
Командная иерархия легиона
Рогал Дорн был абсолютным правителем своего легиона. Каждый воин знал: прежде всего он служит примарху и только после него — Императору. Все остальные, даже примархи или лорды великой славы, были лишь посредниками власти Повелителя Человечества. Дорн требовал полного и беспрекословного подчинения, от самого младшего воина до старшего капитана. За примархом следовали старшие капитаны полков, крестовых походов и братств. В отличие от других примархов, у Дорна не было постоянного круга советников. Практичный и прямолинейный, он однажды заметил Хорусу: «Мои советники — те, кто стоит рядом со мной в бою».
Далее следовали линейные капитаны и центурионы, командовавшие батальонами и ротами. Формально самые высокие ранги после примарха занимали капитаны, но на самом деле существовал еще один уровень власти: магистры флота, магистры осады, маршалы и командующие театрами военных действий, а также Первый капитан.
Магистры флота получали полномочия на время кампании или до ее завершения, избирались за выдающиеся успехи в космических операциях. Магистры осады командовали привлеченными к штурму подразделениями и имели абсолютную власть на театре действий. Это показывает, насколько Дорн ценил эти две формы войны.
Единственная командная должность, дававшая неограниченную власть над всем легионом после примарха, — Первый капитан Имперских Кулаков. Он всегда возглавлял Храмовников, и традиционно его занимал лучший и самый опытный воин. Как хранитель присяги всех легионеров, Первый капитан не только обладал значительной властью, но и пользовался глубоким уважением братьев.
Для командиров постоянных крепостей легиона существовали особые титулы: кастелян и сенешаль. Они руководили обороной, набором рекрутов и командовали во время осады. Эти обязанности обычно были временными — после их выполнения воин возвращался к основным силам Великого крестового похода.
Набор рекрутов и культура
Как орден космических путешественников, Имперские Кулаки осуществляют набор рекрутов из огромного количества миров. Орден содержит свои крепости-капеллы на многих планетах по всему Империуму. В таких местах служат небольшие, но преданные группы ветеранов — иногда это воины, получившие настолько тяжелые ранения, что уже не могут сражаться, но все еще способны приносить пользу ордену.
Персонал этих крепостей внимательно наблюдает за населением планеты, выискивая потенциальных кандидатов. На одних мирах они организуют турниры и соревнования, чтобы выбрать самых достойных, на других доводят испытания до настоящего боя, лично проверяя будущих рекрутов. В мирах-ульях Имперские Кулаки зачищают подульи (с разрешения планетарных властей), избавляя их от недостойных обитателей. Часто при этом они возвращаются с пленными, которых признали настолько способными воинами, что им позволяют пройти испытания ордена.
Имперские Кулаки почти ничего не требуют от населения миров, где проводят набор, кроме права испытать тех, кто считает себя достойным стать их боевым братом. Независимо от происхождения
рекрута — будь он выходцем из рыцарского братства или из банды психопатов улья — орден сохраняет его первоначальные боевые качества, одновременно прививая ему собственные благородные доктрины. На Имперские Кулаки почти не влияют условия или культура миров, из которых происходят их воины; вместо этого они полностью опираются на собственные традиции и ценности, завещанные им призраком.
Считается, что одна из таких традиций берет свое начало еще в древнейшие дни старого легиона, до его отбытия с Терры. Имперские Кулаки непрерывно проводили дуэли между собой — иногда для решения вопросов чести, но чаще для испытания собственного мастерства в фехтовании. Тела самых старых и опытных воинов ордена покрыты многочисленными шрамами от таких поединков, каждый из которых является напоминанием о тяжело завоеванной победе или поражении, которое их чему-то научило.
Еще одной традицией Имперских Кулаков является резьба по костям погибших боевых братьев. Никто не помнит, что стало началом этой практики, которая для многих воинов превратилась в навязчивую одержимость, которой они предаются во все свободное от боя или тренировок время. Кости павших братьев покрываются сложными гравировками: на каждую поверхность с любовью наносят строки священных текстов или вырезают сцены из подвигов погибших. Даже кости самого примарха, святейшая реликвия ордена, украшены подобным образом.
Еще одна необычная практика ордена — использование так называемой «перчатки боли»: натянутой на металлический каркас доспеха, в который одевается боевой брат, где он должен выдержать самую ужасную боль из возможных. Вероятно, корни этой практики уходят во времена сразу после Ереси Хоруса, когда Имперские Кулаки стремились искупить мнимую вину за то, что не смогли помочь Императору в его поединке с Хорусом.
Архаичные системы перчатки боли удерживают человека в сознании, пока каждый нерв его тела разрывается от агонии из-за стимуляторов. Молодой боец может пройти это испытание как наказание за ошибки или поражения, или же для того, чтобы привыкнуть к телесной боли. Даже став ветераном, Имперский Кулак время от времени снова надевает перчатку боли — испытывая, наказывая и очищая себя в этой нейронной флагелляции.
Геносимя
Геносимя Имперских Кулаков отличается чрезвычайно высокой стабильностью и за всю свою историю не демонстрировала никаких мутаций. В то же время этот орден утратил несколько второстепенных генетических особенностей, присущих другим космическим десантникам. В частности, Имперские Кулаки не имеют при-ан мембраны, из-за чего не способны входить в состояние временного стазиса. Кроме того, у них отсутствует железа Бетчера, которая позволяет другим астартес плевать в противника ядовитой коррозионной жидкостью.
Известные Имперские Кулаки
До Ереси Хоруса:
- Рогал Дорн — примарх.
- Сигизмунд — первый капитан.
- Алексис Полукс — капитан 405-й роты.
- Фафнир Ранн — капитан.
- Арнфрид — легионер, 34-е отделение, 140-я рота.
- Ахманд — ветеран-сержант, 62-е отделение, 55-я рота.
- Бальдур Корд — легионер, 2-й штурмовой эшелон, 6-я рота.
- Валтус Моран — ветеран-сержант, 21-й оккупационный эшелон, 42-я рота.
- Гюнтер — легионер, 64-е отделение, 344-я рота.
- Джастис Гунфрид — дредноут класса «Контемптор».
- Рейнор — сержант, 28-е отделение, 135-я демирота.
- Фасольт — легионер, 12-е отделение, 4-я рота.
После Ереси Хоруса:
- Ворн Хаген — предыдущий магистр ордена.
- Дарнат Лисандер — капитан 1-й роты.
- Тор Гарадон — капитан 3-й роты.
- Лександро д'Аркебуз — капитан.
- Шобчак — дредноут Стражей Смерти.
